Новости горной промышленности

Токсичность угольной тепло-электрогенерации

Токсичность угольной генерации

СОДЕРЖАНИЕ

Обзор ситуации

Токсичные элементы-примеси в углях

Воздействие на окружающую среду токсичных элементов, содержащихся в золошлаковых отвалах ТЭС

Содержание токсичных микроэлементов в летучей золе ТЭС

Воздействие на окружающую среду и здоровье людей элементов-примесей, выбрасываемых с летучей золой ТЭС

Заключение

Автор: Д.А. Крылов, к.т.н., ведущий научный сотрудник, НИЦ «Курчатовский институт»

В Долгосрочной программе развития угольной про­мышленности России на период до 2030 г. намечено опережающее развитие угольной тепло-электрогенерации в России.

В настоящее время угольные электростанции (ТЭС) России производят лишь 20% энергии, но на их до­лю приходится 70% вредных выбросов энергетики [1]. В связи с планируемым увеличением потребления угля на ТЭС могут возрасти и объемы вредных выбросов элек­тростанций в окружающую среду.

В энергетике проблеме выбросов в атмосферу С02, окси­дов серы, азота и летучей золы уделяется большое внима­ние. Существуют программы по уменьшению таких выбро­сов. Между тем, вопросам негативного воздействия микро­элементов, содержащихся в углях, в золошлаковых отходах угольных электростанций и в выбросах в атмосферу летучей золы угольными ТЭС, уделяется несопоставимо меньшее внимание.

Геохимики в химсоставе неорганического вещества угля выделяют две группы элементов. Одна из них включает глав­ные золообразующие элементы: Si, Al, Fe, Са, Mg, Na, К, S, Р. На их долю в углях приходится примерно 99% всей мас­сы неорганического вещества. Другая группа — это микро­элементы, составляющие обычно не более 1% от всего неорганического вещества угля.

В соответствии с геохимической классификацией [2] по концентрированному признаку к микроэлементам относят собственно малые элементы 0,1-0,001% (1000-10 г/т), ред­кие — 0,001-0,00001% (10-0,1 г/т) и ультраредкие с содержа­нием менее 0,00001% (менее 0,1 г/т) (табл. 1).Среднее содержание микроэлементов в различных углях и в их золах, г/т, Классификация элементов-примесей в углях, Содержание тяжелых металлов в различных углях, мг/кг у.т.,

Концентрации некоторых элементов в углях могут значи­тельно превышать их средние содержания в земной коре. Это обусловлено тем, что геохимическая среда в угленосных пластах благоприятна для накопления микроэлементов по сравнению со средним фоном земной коры.

За рубежом большие исследования по содержанию микро­примесей в различных фракциях золы ТЭС были проведе­ны в 1960-х и в начале 1970-х годов.

Американские геохимики Р. Финкельман и Р. Броун отме­чают, что при учете масштабов добычи угля в США из него можно было бы получить не менее половины ежегодно по­требляемых в стране мышьяка, бериллия, висмута, кобальта, гафния и др., снизив при этом уровень экологического за­грязнения, поскольку при использова­нии угля накапливается значительное количество опасных элементов, оказы­вающих существенное влияние на че­ловека и окружающую среду [3].

Насколько сильно отличаются показа­тели содержания некоторых тяжелых ме­таллов в углях крупных бассейнов вид­но из данных табл. 2 [4]: в канско-ачинских — в расчете на 1 кг у.т. содержится на порядок меньше тяжелых металлов, чем в донецких и экибастузских углях.

Главная проблема, сдерживающая получение ценных элементов из углей, это, как правило, низкое их содержание. Вместе с тем известны пласты углей, в которых концентрация отдельных ми­кроэлементов достигает величин, сопо­ставимых с их содержанием в рудах от­рабатываемых месторождений.

Стоимость некоторых редких метал­лов, присутствующих в углях, в ряде случаев может превышать стоимость угля. Такие металлоносные угли могут рассматриваться как редкометалльные руды, а их органическое вещество — как попутный продукт.

Известно, что в золошлаковых отхо­дах ТЭС содержание большинства химических элементов (за исключением легколетучих) в несколько раз выше их первичного содержания в исходном угле (табл. 3).

Данные табл. 3 свидетельствуют о высоком концентриро­вании некоторых микроэлементов в золах ТЭС.

«В России, Украине и некоторых других странах в промыш­ленных масштабах проводится получение товарных соедине­ний германия из углей и углистых пород» [6].

Авторы публикации [6] отмечают, что относительно вы­сокое содержание микроэлементов в уловленной летучей зо­ле или в золошлаковых отходах может позволить производ­ство промышленного выделения ценных элементов пирометаллургическими и гидрометаллургическими методами или их сочетанием.

Токсичные элементы-примеси в углях

Специалисты ИСЭМ СО РАН отмечают: «за рамками вни­мания природоохранных организаций России при оценках эко­логической опасности топлив в современной практике оста­ется без должного внимания поток в природную среду микро­элементов, в первую очередь тяжелых металлов, обладающих токсичными, канцерогенными, мутагенными и тератоген­ными свойствами, способными к тому же усиливать эти не­гативные свойства в присутствии друг друга» [7].

По оценке специалистов [8], среднее (кларковое) содержа­ние урана в углях составляет 3,6 г/т, а тория для бурых углей — 6,3 г/т, каменных — 3,5 г/т.

Угли, содержащие уран в концентрациях на один-два по­рядка выше кларка, известны во многих странах мира: в Рос­сии, Турции, Франции, США и других.

Следует отметить, что содержания урана и тория в углях в большей части угольных месторождений России не пре­вышают кларковых значений, но имеются месторождения, в которых кларковые содержания урана и тория превыше­ны в несколько раз. Причем эти месторождения разрабаты­ваются без всякого радиационно-гигиенического контроля, уголь используется на ТЭС, в котельных и в печах индиви­дуальных домов. Зола и шлак, образующиеся при сжигании таких углей, обогащены естественными радионуклидами (ЕРН). Золошлаковые отвалы ТЭС, использующие уголь с повышенным содержанием радионуклидов, занимают ог­ромные территории, образуя с годами, по сути, техногенные месторождения ЕРН.

По данным американских специалистов [9], в 2000 г., ми­ровой суммарный выброс урана и тория в результате сжигания угля составлял около 37 300 т ежегодно, причем около 7300 т поступало из США.

«В бурых углях пласта «Итатский» (Кемеровская область) выявлено повышенное содержание урана — 139 г/т, а в золошлаковом материале, образующемся при сжигании этого угля, содержание урана составляет 902,6 г/т» [10]. Такой золош­лаковый материал с концентрацией в нем урана 0,09% отно­сится по мировой классификации к рядовым урановым ру­дам (с диапазоном содержания урана 0,05-0,1%).

В табл. 4 представлены данные по повышенным концен­трациям урана и тория в товарных углях, добываемых на некоторых угольных предприятиях в Кемеровской области [10-12].

Содержание урана в угле, добываемом на Итатском разрезе (см. табл. 4), значительно превышает среднемировые уровни для углей: средний — 56,9; вариации от 6 до 139 г/т.

Содержание урана и тория в товарных углях некоторых угледобывающих предприятий Кемеровской области, г/т

Среднее содержание ртути в углях, добываемых в различ­ных бассейнах мира, колеблется от 0,05 до 0,3 г/т [13]. Угли юго-западных бассейнов Китая в среднем содержат 0,55 г/т ртути. В США содержание ртути в углях в среднем составля­ет около 0,2 г/т при широком интервале — от 0,003 до 2,9 г/т. В угольных пластах Донбасса, расположенных в пределах (или вблизи) Никитского месторождения ртути, ее содержа­ние в углях повышается до нескольких десятков грамм на тонну, а в отдельных линзах до 1000 г/т.

Проблема присутствия токсичных элементов в углях из­ложена в ряде монографий и статей, в частности, в публика­циях Томского университета. Учеными этого университета [ 14] систематизированы имеющиеся данные по накоплению токсичных элементов в разрабатываемых или готовых к экс­плуатации угольных месторождениях Сибири (табл. 5).

Повышенные содержания токсичных микроэлементов проявляются и в углях других бассейнов (справочник «Цен­ные и токсичные элементы в товарных углях России»):

  • в Печорском бассейне — по содержаниям хрома, цинка;
  • в Восточном Донбассе — по содержаниям ртути, хрома в сортовых антрацитах, ванадия и цинка — в промпродукте;
  • в угле Приморского края — по концентрациям фтора, кад­мия, сурьмы, цинка в товарных углях и продуктах обога­щения;
  • в Сахалинском бассейне — по содержаниям таллия, цинка.

Воздействие на окружающую среду токсичных элементов, содержащихся в золошлаковых отвалах ТЭС

Замечено [15], что золошлаковые отвалы (ЗШО) ТЭС даже при выполнении необходимого комплекса мероприятий оказывают угнетающее воздействие на окружающую среду не только в зоне расположения таких хранилищ, но и далеко за их пределами вследствие пыления и загрязнения водного бассейна фильтратами токсичных соединений.

Существенное содержание зольной компоненты в поверх­ностном почвенном слое обнаружено в радиусе до 1 км от ЗШО ТЭС [16]. Концентрация токсичных элементов оказа­лась повышенной в кормах, потребляемых скотом на паст­бищах вблизи золоотвалов.

Кратность превышения ПДКп тяжелых металлов в почвах, прилегающих к золошлаковым отвалам (ЗШО) ТЭС Кемеровской области Средние содержания и локальные значения концентраций токсичных элементов в углях, г/т

Проведены исследования по изучению форм нахождения токсичных элементов в ЗШО ТЭС Кемеровской области в системе «отходы — вода — почва» и оценка потенциальной опасности золоотвалов [17].

Установлено превышение предельно допустимых концен­траций элементов в почве (ПДКп), прилегающей к ЗШО по санитарным нормам допустимых концентраций химичес­ких веществ. Максимальные концентрации подвижных форм тяжелых металлов в отвалах наблюдались по меди, ни­келю, цинку и свинцу. Высокие концентрации ванадия, мо­либдена, мышьяка, никеля, цинка, марганца и хрома отме­чены как в водорастворимых формах золошлаковых отва­лов, так и в грунтовых и поверхностных водах вблизи золо­отвалов. Для этих элементов практически не существует ба­рьеров при инфильтрации природных вод через ложе золоотвала. Вместе с тем в почвах, прилегающих к территории ЗШО, обнаружены высокие концентрации подвижных форм цинка, свинца, меди и никеля, превышающих значения ПДКп (табл. 6). Последнее говорит о переходе из ЗШО в поч­вы данных металлов, несмотря на низкие концентрации хро­ма, никеля и цинка в валовой форме.

Содержание токсичных микроэлементов в летучей золе ТЭС

Кроме основных элементов: Si, Al, Fe, Са, Mg, Na, К, в твер­дых частицах дымовых уносов от ТЭС присутствуют тяже­лые металлы. При выгорании органического вещества угля на ТЭС происходит испарение металлов, часть из которых конденсируется на аэрозолях и улетучивается с паром. Дру­гая часть испарившегося металла конденсируется на части­цах летучей золы. Так как мелкие частицы имеют наиболь­шую поверхность, на них происходит конденсация и транс­формация паров металлов [18].

Распределение некоторых микроэлементов в различных по размеру частицах (фракциях) летучей золы неравномер­но и обычно увеличивается с уменьше­нием размеров частиц. В связи с этим более мелкая зола, не уловленная золо­уловителями, поступающая с дымовы­ми газами в атмосферу, содержит боль­ше перечисленных элементов, чем средняя по составу зола исходного топ­лива. При этом концентрация микро­элементов в летучей золе возрастает на 1-2 порядка.

Изучение состава летучей золы Бере­зовской ГРЭС-1, работающей на канско-ачинских углях, показало, что зна­чительная часть микроэлементов, со­держащихся в угле, поступает в атмо­сферу не с золой, а с субмикронными аэрозолями или в газообразной фазе, которые практически не улавливаются электрофильтрами [19].

Исследователями Ростовского госуниверситета установлено [20], что при сжигании углей на ТЭС в атмосферу поступает в среднем:

  • не менее 10% общей массы содержа­щихся в них Al, Со, Fe, Mn, Na, Se;
  • 30% Cr, Си, Ni, V;
  • 50% Ag, Cd, Pb, Zn;
  • 100% As, Br, Cl, Hg, Sb и Sc.

Расстояния, на которые могут разно­ситься от ТЭС частицы золы уносов, и их осаждение вместе с атмосферными осадками, зависят от физических свойств золы, погодных условий, розы ветров и т. д. Частицы диаметром 10 мкм и более осаждаются доволь­но быстро и их воздействие проявляется в непосредствен­ной близости от ТЭС, в радиусе до 3 км. Частицы менее 10 нанометров (нм) и особенно менее 2,5 нм могут преодоле­вать сотни километров, прежде чем осядут. Аэрозоли часто выполняют функцию ядра конденсации металлов [18].

Выбросы тяжелых металлов при работе топливосжигающих установок

Несмотря на меры, принимаемые энергетиками по сни­жению выбросов в атмосферу, в результате работы ТЭС объ­емы ежегодных выбросов в атмосферу тяжелых металлов значительны. В табл. 7, по данным [18], со ссылкой на пер­воисточник, приведена информация о ежегодных выбросах в атмосферу тяжелых металлов в результате работы топливо­сжигающих установок в 15 странах Евросоюза в 1990 г.

В табл. 8, по данным АО «ВТИ» [21], представлена инфор­мация по среднему содержанию микроэлементов, выбрасываемых в атмосферу с летучей золой при сжигании на ТЭС углей различных бассейнов.

Среднее содержание микроэлементов в летучей золе ТЭС

В табл. 9 приведены рассчитанные нами удельные средние содержания микроэлементов, выбрасываемых в атмосферу с летучей золой ТЭС, в расчете на производство 1 кВт-ч электроэнергии.

В расчетах использованы данные табл. 8 и показатели по удельным выходам золы всего (г/кВт-ч), по оценкам АО «ВТИ» [21], при сжигании на ТЭС углей различных место­рождений. Показатели содержания микроэлементов рассчи­таны авторами для значений КПД установок золоулавливания на ТЭС, равным 96%.

Воздействие на окружающую среду и здоровье людей элементов-примесей, выбрасываемых с летучей золой ТЭС

В исследовании, проведенном на Новочеркасской ГРЭС [22], показано, что диаметр большинства твердых частиц, выбра­сываемых в атмосферу, лежит в интервале от 0,01 до 150 мкм, при этом на долю частиц диаметром до 5 мкм приходится почти 42%. Частицы такого размера проникают в растения, организмы животных и человека, распределяются по орга­нам и тканям, растворяются в биожидкостях, достигая ми­шеней биологического действия. Установлено, что длитель­ное воздействие наночастиц магния и цинка (эти элементы входят в состав летучей золы ГРЭС), наносимых на раны экс­периментальных животных в виде водной суспензии, уве­личивает время их заживления [22].

Наночастицы, входящие в состав летучей золы, обладают вы­сокой биологической активностью, легко проникают в орга­низм живых систем, разносятся по всем органам и тканям [ 18].

Известно, что металлы сравнительно быстро накаплива­ются в почве и крайне медленно из нее выводятся, приводя к повышенному, по сравнению с фоновым, уровню в зонах пахотного земледелия зерновых культур, пастбищ, сеноко­сов, многолетних насаждений и населенных пунктов.

«Вследствие увеличения числа взвешенных частиц в воде, изменения pH концентрация кислорода в воде снижается, воз­никает угроза жизнедеятельности представителей водной фауны. Высвобождение из пылевых частиц потенциально опас­ных элементов: As, В, Мо, Se, Sr, V в воду и почву приводит к накоплению их в сельскохозяйственных растениях, и они мо­гут попасть в организм животных и человека. Элементы Se и Мо — не токсичные для растений, концентрируясь в расти­тельной ткани, токсичны для пастбищных животных. Поч­вы с высоким уровнем Мо могут вызывать, например, молиб- дениоз рогатого скота» [18].

Анализ заболеваемости органов дыхания у населения, про­живающего в зоне влияния выбросов ТЭС, позволил сделать вывод, что удельный вес заболеваний выше у тех, кто про­живает на расстоянии от 1000 до 2000 м от ТЭС. Среди ост­рых заболеваний на первом месте — заболевания верхних ды­хательных путей, бронхит, бронхиальная астма и др. Среди возрастных групп населения чаще болеют дети и лица стар­ше 40 лет, по сравнению с населением, живущим в благо­приятной экологической обстановке [18].

Исследованиями ВНИИ гидротехники и мелиорации им. А.Н. Костякова [23] установлено воздействие на окружаю­щую среду и, в частности, на почвы выбросов тяжелых металлов от Рязанской ГРЭС. По оценке АО «ВТИ», содержа­ние металлов в летучей золе Рязанской ГРЭС в 10 раз и бо­лее превышает значение фоновой концентрации соответ­ствующих элементов в почвах Русской равнины (табл. 10).

Показано, что существует реальная опасность загрязнения сельхозпродукции, в т. ч. животноводческой, через корм ско­ту, имеющим повышенное содержание привнесенных эле­ментов от Рязанской ГРЭС [23].

В исследованиях института Фундаментальных проблем биологии РАН, оценено загрязнение Челябинска и его окре­стностей тяжелыми металлами (Си, Со, Ni, Zn, Pb, Cd, Cr, Mo, Hg) [24] и мышьяком [25], источником которых служат выбросы ТЭС и котельных, сжигающие уголь Челябинского бассейна, а также выбросы горящих терриконов шахт Челя­бинского бассейна в районе г. Копейска. Загрязнение этими веществами обусловлено воздушным переносом от этих ис­точников, а также вследствие пылеобразования и переноса аэрозолей из ЗШО теплоэнергетических установок. Загрязне­ние поверхностных и подземных вод региона происходит в результате смыва, фильтрации и выщелачивания токсичных веществ из ЗШО ТЭС.

Содержание Zn, Pb, Cd и Hg в почвах этой территории оказалось выше нормативов ПДК в 1,5-20 раз, Cd и Hg в воде — в 6 и 2 раза [24]. Содержание мышьяка в почвах ока­залось выше ПДК в 7-18 раз, а в почвах садово-огородных участков и сельскохозяйственных угодий — в 7-19 раз [25]. В дождевой воде, в коре тополя, в биомассе кукурузы и над­водной биомассе тростника обнаружено повышенное содер­жание мышьяка и тяжелых металлов. Повышенное содер­жание этих веществ стало результатохМ их захвата из воздуш­ной среды. Накопление мышьяка в тростнике происходило путем его поглощения из поверхностной воды и донных от­ложений, так как биогеохимия данного растения связана с этими компонентами окружающей среды.

Установлено загрязнение мышьяком и тяжелыми метал­лами воды и донных отложений р. Миасс и озера Первое, дренирующих территорию Челябинска и его окрестностей. По оценке ученых, геоэкологическую ситуацию этого реги­она следует считать крайне неблагополучной из-за загряз­нения почв мышьяком и рядом тяжелых металлов в количе­ствах, значительно превышающих ПДК. Это повышает риск попадания токсичных микроэлементов в организм челове­ка через воздух и почвенную пыль или через пищевые цепи при выращивании растений на загрязненных садово-ого- родных участках и сельскохозугодий. Содержание мышья­ка и тяжелых металлов в почве и в воде на территории Че­лябинска и его окрестностей было одного порядка с содер­жанием этих веществ в районе Южноуральской ГРЭС, ис­пользующей также челябинские угли [24, 25].

В международных исследованиях большое внимание уде­ляется проблеме выбросов ртути в атмосферу от ТЭС, нега­тивному воздействию выбросов ртути на биосферу и на здо­ровье людей. Энергетики США и Западной Европы постоян­но занимаются внедрениехм на энергетических котлах различ­ных способов сокращения выбросов в атмосферу ртути. В 2000 г. американское Агентство по защите окружающей сре­ды объявило о подготовке законодательного ограничения по выбросам ртути. В соответствии с этим законом выбросы ртути на угольных ТЭС должны быть снижены на 90% [26].

К сожалению, в России не принимаются меры по защите окружающей среды от негативного воздействия выбросов в атмосферу ртути от угольных ТЭС.

По [26] «с учетом рассеивания (при наличии высоких дымо­вых труб угольных ТЭС) концентрация ртути, выбрасывае­мой в атмосферу с дымовыми газами, в приземном воздухе ока­зывается сравнительно низкой и не создает угрозы здоровью человека, но атмосферная ртуть возвращается на землю с до­ждями, снегом и сухой пылью. Оказываясь в реках и озерах, она переходит в метилртуть и попадает в рыбу. Употребление такой рыбы в пищу оказывает влияние на здоровье человека, причем группой максимального риска оказываются женщины в детородном возрасте. Метилртуть, попадая через пищевые цепочки, вызывает неврологические заболевания, негативно влияет на сердечно-сосудистую систему человека».

Заключение

Приведенные данные подтверждают оценку известного рос­сийского геохимика Я.Э. Юдовича [27]: «уголь нельзя рассма­тривать только как энергоноситель: это комплексное полез­ное ископаемое, и комплексное «вредное ископаемое», которое при использовании приводит к значительным негативным воздействиям на биосферу и здоровье людей».

Вышеизложенные данные дают основание для утвержде­ния, что угольные бассейны обладают высоким ресурсным потенциалом как источник ценного минерального сырья. Промышленное освоение этого сырья на территории уголь­ных бассейнов и ТЭС позволит не только получить ряд цен­ных элементов для экономики, но и существенно улучшить экологическую обстановку в этих регионах.

Российские угольные ТЭС становятся постоянным источ­ником загрязнения микроэлементами окружающей среды. Это происходит в результате концентрирования большого количества микроэлементов в золошлаковых отвалах и в вы­бросах ТЭС. Негативное воздействие микроэлементов на ок­ружающую среду и здоровье населения происходит при про­хождении газового шлейфа ТЭС через населенные пункты, выпадении не уловленной части золы на почву и дальнейшей миграции микроэлементов по пищевым цепочкам в орга­низмы человека и животных. Снизить негативное воздей­ствие микроэлементов на население, проживающее в райо­нах расположения ТЭС, способен хорошо организованный контроль как за содержанием микроэлементов в углях, так и за содержанием таких элементов в летучей золе угольных ТЭС. Для этого на российских ТЭС необходим переход от использования существующих электрофильтров к высоко­эффективным золоуловителям, способным эффективно улавливать субмикронные частицы.

Наряду с низкой эффективностью золоулавливающего оборудования, одной из главных причин больших выбро­сов летучей золы со значительным количеством микроэле­ментов следует считать использование «низкокачественных российских энергетических углей, потребление которых со­ставляет около 90% суммарного ежегодного объема угольно­го топлива на ТЭС. Обогащенные угли на ТЭС как не по­ставлялись раньше, так не поставляются и сейчас» [28].

Для достижения целей развития современной электро­энергетики России необходимо добиваться поставки на ТЭС обогащенных углей с зольностью, уровень которой отвечал бы мировым экологическим стандартам (5-15%).

Еще один барьер на пути развития отечественной эколо­гически эффективной угольной генерации — низкий уровень утилизации золошлаковых отходов ТЭС. Золоотвалы стали символом технической отсталости и низкой экономической эффективности угольных ТЭС. Как отмечается [28], «золош­лаковые отвалы угольных российских ТЭС накоплены в огром­ном количестве — 1,5 млрд т. Ежегодно утилизируется и ис­пользуется не более 8% (2,1 млн т) выхода золошлаковых от­валов. В отличие от России в Германии и Дании в производстве стройматериалов используется до 100% годового выхода зо­лошлаковых отвалов. В Германии в настоящее время запреще­но иметь золошлакоотвалы».

Информационные источники:

  1. Изыгзон Н.Б. Реализуема ли программа — 2030? // Уголь. 2013. №1. С. 44-47.
  2. Жаров Ю.Н. Малые элементы в твердых каустобиолитах // Российский химический журнал (Ж. Рос. хим. О-ва им. Д.И. Менделеева). 1994. №5. С. 12-19.
  3. Рихванов Л.П., Ершов В.В., Арбузов С.И. Комплексное эколого-геохимическое исследование уг­лей //Уголь. 1998. №2. С. 54-57.
  4. Кропп А.И., Стырикович М. А., Хорьков А. В. Использование энергетических углей и экологи­ческие стандарты // Теплоэнергетика. 1997. №2. С. 7-12.
  5. Шпирт М.Я., Пунанова С.А. Сравнительная оценка микроэлементного состава углей, нефтей и сланцев//Химия твердого топлива. 2007. №5. С. 15-28.
  6. Шпирт М.Я., Нукенов Д.Н., Пунанова С.А. Принципы получения соединений ценных метал­лов из горючих ископаемых // Химия твердого топлива. 201.3. Ns С. 3-13.
  7. Чебаненко Б. Б., Майаок Е.П. Оценка экологической опасности при использовании органичес­ких топлив Н Экологические проблемы угледобывающей отрасли в регионе при переходе к ус­тойчивому развитию: Тр. междунар. науч.-практ. конф. Т. 2. Кемерово: Кузбассвузиздат, 1999. С. 219-227.
  8. Юдович ЯЗ., Кетрис М.П., Мерц А.В. Элементы-примеси в ископаемых углях. А.: Наука. — 1985.-239 с.
  9. Родс Р., Беллер Д. Потребность в ядерной энергии. Взгляд на трудное энергетическое будущее мира //Бюллетень МАГАТЭ. 2000. Т. 42. №2. С. 43-50. (42/2/2000 — июнь 2ООО г.). Вена.
  10. Нифантов Б.Ф., Заостровский А.Н., Занина О.П. Горно-геологическое и технологическое зна­чение распределения ценных и токсичных элементов в кузнецких углях Н Уголь. 2009. №12. С. 59-61.
  11. Нифантов Б.Ф., Потапов В.П., Митина Н.В. Геохимия и оценка ресурсов редкоземельных и радиоактивных элементов в кузнецких углях. Перспективы переработки. — Кемерово: Инсти­тут угля и углехимии СО РАН, 2003,100 с.
  12. Исхаков Х.А., Счастливцев Е.Л., Кондратенко Ю.А., Лесина МЛ. Радиоактивность углей и золы //Кокс и химия. 2010. №5. С. 41-45.
  13. Шпирт М.Я., Пунанова С.А. Особенности накопления ртути в нефтях, углях и продуктах их переработки // Химия твердого топлива. 2011. №5. С. 42-49.
  14. Волостное А.В., Арбузов С.И. Токсичные элементы в углях Сибири // Энергетик. 2011. №3. С. 39-43.
  15. Путилов В.Я., Путилова И.В. Проблемы обращения с золошлаками ТЭС в России: барьеры, воз­можности и пути решения // Теплоэнергетика. 2010. №7. С. 63-66.
  16. Сысоев Ю.М., Барабошкина Т.А. Некоторые аспекты оценки воздействия золоотвалов ТЭС на окружающую среду // Энергетик. 1997. №6. С. 6-8.
  17. Журавлёва И.В., Иваныкина О.В. Изучение распределения тяжёлых металлов в системе от- ходы-вода-почва для золошлаковых отвалов Кемеровской области // Эко-бюллетень ИнЭкА.
  18. №5. С. 39-42.
  19. Глущенко Н.Н., Ольховская И. П. Экологическая безопасность энергетики. Свойства частиц летучей золы ТЭС, работающих на угле //Изв. РАН. Энергетика. 2014. №1. С. 20-27.
  20. Берсенев А.П., Гаврилов Е.И., Егоров С.А. Загрязнение подстилающей поверхности эоловыми выбросами ГРЭС КАТЭК//Теплоэнергетика. 1997. №12. С.12-17.
  21. Кизильштейн А.Я., Левченко С.В. Элементы-примеси и экологические проблемы угольной энергетики //Теплоэнергетика. 2003. №12. С. 14-19.
  22. Ольховский ГГ., Тумановский А.Г., Глебов В.П. и др. Проблемы охраны воздушного бассейна от воздействия тепловых электрических станций и их решения //Изв. РАН. Энергетика. 1997. №5. С. 5-17.
  23. Глущенко Н.Н., Богословская О.А. Байтукалов Т.А. и др. Экологические аспекты энергетики. Биологические свойства твердых частиц дымовых уносов тепловых электростанций, рабо­тающих на углях // Изв. РАН. Энергетика. 2008. №4. С. 129-137.
  24. Можайский Ю.А., Захарова О.А., Евптхин В.Ф., Тобратов С.А. Техногенное загрязнение ок­ружающей среды в зоне воздействия Рязанской ГРЭС // Химическое и нефтегазовое машино­строение. 2000. №10. С. 29-31.
  25. Галиулин Р.В., Галиулина Р.А. Загрязнение территории Челябинска тяжелыми металлами при сжигании угля //Химия твердого топлива. 2013. №2. С. 62-64.
  26. Галиулин Р.В., Галиулина Р.А. Загрязнение территории Челябинска и его окрестностей мы­шьяком при сжигании угля // Хилшя твердого топлива. 2011. №3. С. 58-60.
  27. Котлер В.Р., Сосин Д.В. ТЭС и проблелш выбросов ртути // Энергохозяйство за рубежом.
  28. №1. С. 25-28.
  29. Юдович ЯЗ., Кетрис М.П. Токсичные элементы-прил1еси в ископаемых углях. — Екатерин­бург: Изд-во УрО РАН, 2005. — 655 с.
  30. Кожуховский И.С. Перспективы развития угольной энергетики России //Энергетик. 2013. №1. С. 2-13.

Материал был опубликован в журнале «Горная промышленность»

Материалы по теме:

Материалы по теме:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *